Манящие смерти «Игры престолов»

24 июня, 2015 - 23:15

Закончился пятый сезон «Игры престолов», как всегда, очередной смертью одного из ключевых героев. И опять это вызывает интерес, вопросы и желание смотреть сериал дальше. Так почему мы «наслаждаемся» циничностью авторов? Что нас тянет смотреть сериал вновь и вновь, несмотря на то, что наши сердца разбиваются снова? В чем его основа?

Финальная смерть пятого сезона повергла всех в шок своей будничностью. Особенно, если учесть как были поданы предыдущие трагедии. За весь период сериала, а это 50 серий, авторы превратили смерть из обычно и стандартно шокового ритуала, в обычную и удачную драматургическую черту фильма. А самое интересное, что смерть в данной киноленте не имеет окончательного оттенка. И споры о возвращении убиенного не актуальны, а актуальна зима, которая вот-вот наступит. Как легко обрывают авторы сюжетные линии, протянутые через года.

Показывая этим, что основа и смысл сериала можно раскрыть при просмотре общей панорамы. Особенно это заметно в последнем сезоне, который создан из обрывков историй по факту не более пяти персонажей. И нельзя сказать, что какой-то из них был особо выделен. Но вот глобальностью ситуаций «Игра престолов» пропитана насквозь. Тут и Дейнерис, мечтающая о «ломании» престольных игр, и страх от огромной катастрофы, что несет с собой Длинная Зима. Зима пугает тем, что ее оковы могут захватить земли даже за пределами Узкого моря. Не актуально вырывать смысл из общей панорамы в данном контексте, а особенно за неполных три года до окончания сериала. Но игнорировать некоторую тематику просто нельзя. И особенно это касается смазанного оттенка смерти, который за все пятьдесят серий стал основой и приманкой фильма.

Не возможно передать то шок, который испытали зрители в первом сезоне, при смерти праведного и положительного главы семьи Старков. Эта смерть сломала общую систему, изменила сюжетную линию и ожидания от фильма. Так называемые Средние Века, описанные в сериале, со временем поменяли ракурс из стандартных дворцовых интриг на гибельный апокалипсис всех живущих. И все это делалось медленно с расстановкой на кровавых и садистских предательствах. Чего стоит «кровавая свадьба», битва «воронов» на стене, расплющенный череп. Смерть в сериала приобрела оттенок банальности. Сексуальные утехи в первых сорока сериях были на первом месте, а смерть занимала — второе. И поэтому ей уделяли больше внимания и выдумки. Пятый сезон сломил данную тенденция на нее полную противоположность. Особенно не впечатлили в пятом сезоне смерти массовки. Даже резня в Миэрине хоть и носила массовый характер, но откровенно «попахивала» будничностью. Бесславно погибли солдаты бившиеся за Уинтерфел в последней серии. А ведь в предыдущих сезонах хрипы и кровавое булькание ужасало. Смерть от чужой руки в «Игре престолов» стала нормативным элементом. Она вызвала привычку у зрителей и размыла первоначальное отношение к ней. Cмерть во владениях Вестероса уже не шокирующий факт, а лишь дополнение к кодексу выживания в нем. Пятый сезон полностью пропитан основными тезисами — нет божественному самомнению, нет минутным союзам с наследием хаоса. И выживают в сериале далеко не герои, смело бегущие навстречу противнику, а те кто стоит в сторонке и наблюдает. Примером этому служат Сэм Тарли и Тирион.
В задумках авторов все чаще мелькают фатальные для героев встречи с собственной судьбой. И гибель цивилизации становится практически прогнозируемой. Поэтому колесо вездесущего насилия сломлено не будет. И «Игра престолов» в этом вопросе стала шедевральным произведением искусства. И кто знает, что принесут в этот смертельный хоровод Драконы или Тирион. Может все измениться и живые позавидуют мертвым?